Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница

Бэнкс включил компьютер и ответил на электронные письма, на которые, по его мнению, следовало ответить, а затем принялся разбирать бумаги на столе. Ничего особенного за время его отсутствия не произошло. Основную озабоченность вызывала серия дерзких ограблений почтовых отделений, грабитель в маске угрожал сотрудникам и посетителям длинным ножом и грозил распылить аммиак. Пока обошлось без пострадавших, однако никто не мог гарантировать, что их не будет в дальнейшем. За месяц на территории Западного округа произошло четыре таких ограбления. Сержант уголовной полиции Хатчли предоставил бумагу с описью информации, скопившейся в его картотеке. Помимо ограблений, наиболее серьезным преступлением в их округе было похищение черепахи, которую угораздило Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница заснуть в картонном ящике в саду одного из жителей, откуда ее и украли, прихватив заодно велосипед и газонокосилку.

Обычные дела. И Бэнкс, читая об этих привычных, заурядных преступлениях, вдруг, после всех ужасов подвала в доме Пэйнов, почувствовал даже какое-то странное успокоение.

Он включил радио как раз в тот момент, когда передавали медленную часть последней фортепианной сонаты Шуберта. Внезапно он ощутил сильную головную боль, осторожно помассировал лоб и переносицу — не помогло, тогда он запил чуть теплым кофе две таблетки парацетамола и, отодвинув злополучную груду бумаг, попытался забыться в нежных волнах музыки. В последние дни у него все чаще болела Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница голова, Бэнкса мучила бессонница и он испытывал странное нежелание идти на работу. Это напоминало ему то состояние, в котором он пребывал перед переездом из Лондона в Йоркшир. Тогда он был на грани нервного срыва и теперь опасался, не грозит ли ему то же самое. Когда удастся выкроить время, решил он, надо будет наконец-то показаться доктору.

Телефонный звонок вывел его из состояния задумчивости — такое случалось столь часто, что стало привычным. Поморщившись, он взял в руку ненавистный телефон и промычал:

— Бэнкс.

— Это Стефан. Вы просили меня держать вас в курсе дела.

— Да, Стефан, — ответил Бэнкс уже совершенно другим тоном. — Что Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница нового?

Бэнкс слышал какие-то голоса на заднем плане. Стефан, вернее всего, звонил из Миллгарта. Или из дома Пэйнов.

— Есть хорошая новость. На мачете, которым Пэйн убил констебля Морриси, найдены отпечатки его пальцев; кроме того, из лаборатории сообщили, что желтые синтетические волокна от веревки найдены в соскобе из-под ногтей Люси Пэйн, а на рукаве ее халата обнаружена кровь Кимберли Майерс.



— Так, значит, она была там, — произнес Бэнкс.

— Похоже на то. Правда, она может сказать, что волокна оказались у нее под ногтями, когда она развешивала белье. У них такая же веревка натянута между деревьев на заднем дворе. Я сам Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница видел.

— Да, но кровь?

— Это ей будет объяснить сложнее, — сказал Стефан. — Крови не очень много, но достаточно, чтобы доказать ее присутствие в подвале.

— Спасибо, Стефан. Это действительно хорошая новость. А у Теренса Пэйна?

— То же самое. Кровь и желтые волокна. Ну и большое количество крови констебля Морриси.

— Нашли последнее тело?

— Нашли, точнее сказать, скелет — в саду. Таким образом, обнаружены все пять трупов.

— Скелет? Сколько же времени потребовалось, чтобы тело превратилось в скелет?

— Это зависит от температуры и активности насекомых, — ответил Стефан.

— Могло ли такое произойти за месяц или около того?

— Да, хотя последние месяцы были не очень теплыми.

— А Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница в принципе возможно?

— Да.

Лиан Рей пропала тридцать первого марта, это могут быть ее останки.

— Еще осталась неисследованной большая часть сада, — продолжал Стефан. — Ребята копают очень медленно и осторожно, боясь повредить кости. Я договорился, чтобы нам в помощь прислали ботаника и энтомолога из университета для осмотра места преступления. Они помогут нам установить время смерти.

— На жертве сохранились хотя бы фрагменты одежды?

— Нет. Ничего.

— Ну что ж, Стефан, постарайтесь поскорее идентифицировать труп и, как только будут результаты, сразу свяжись со мной.

— Будет исполнено.

Положив трубку, Бэнкс подошел к раскрытому окну и украдкой достал запрещенную ему сигарету. Вторая половина дня Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница была жаркой и душной, в воздухе чувствовалась какая-то особая напряженность — будет дождь, возможно, с грозой. Конторщики, спешившие домой, поднимали головы, словно принюхиваясь к воздуху, и доставали зонтики. Владельцы магазинов закрывали окна и сворачивали тенты. Бэнкс снова вспомнил о Сандре. Когда она работала в общественном центре на Норт-Маркет-стрит, они, перед тем как идти домой, встречались и частенько заходили в «Куинс армс», чтобы выпить. Счастливые денечки… А может быть, ему это только кажется. И вот теперь она беременна ребенком Шона.

Звучала музыка Шуберта, ясное, элегическое вступление к финалу сонаты си-бемоль. Головная боль слегка утихла. Он помнил, что Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница Сандра во время беременности не светилась радостью приближающегося материнства. Она страдала по утрам от невыносимых приступов тошноты и, хотя не злоупотребляла, продолжала пить вино и покуривать. Она по-прежнему ходила на выставки и на спектакли, встречалась с подругами и, когда недомогание мешало ей вести привычный образ жизни, злилась и жаловалась.

На седьмом месяце (Сандра была беременна Трейси) она поскользнулась на льду и провела оставшееся до родов время в гипсе. Это раздражало и бесило ее, потому что не позволяло бродить по городу с камерой, как она любила, и закрыло ее в стенах их убогой маленькой квартиры. Она в Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница тоске провела там всю зиму, состоявшую из череды серых дней, а Бэнкс в это время пропадал на работе, словно позабыв о доме. Ну что ж, может быть, Шон будет уделять ей больше времени. Возможно, если бы Бэнкс тогда…

Он встряхнул головой: не хотелось представлять, какой именно круг ада предназначен для невнимательных мужей и отцов. В дверь постучали: Анна Кэббот просунула в приоткрытую дверь голову и отвлекла от приступа самобичевания.

— Я не ошиблась? Ты пригласил меня на шесть часов?

— Да. Прости, Энни. Задумался.

Бэнкс надел пиджак, проверил бумажник, похлопал по карманам в поисках сигарет, бросил из-за плеча прощальный взгляд на груды бумаг Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница на столе, к которым он толком и не притронулся. Да черт с ними! Если они рассчитывают на его упорный труд в деле расследования преступлений, то пусть потерпят с этой ненавистной, никому не нужной канцелярщиной.

Когда Дженни, проезжая сквозь сплошную стену проливного дождя, увидела перед собой безобразное скопище уродливых кранов, возвышающихся над гулльскими доками, она в тысячный, наверное, раз спросила себя, за каким чертом ее снова принесло в Англию. Еще и в Йоркшир! Особенных семейных привязанностей она не ощущала. Дженни была единственным ребенком у родителей, которые, перестав работать, проживали в Сассексе. Прежде и мать, и отец с Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница головой были поглощены работой: он — историк, она — физик, поэтому Дженни почти все детство провела не с родителями, а с часто менявшимися нянями или девушками-иностранками, которые помогали по хозяйству и присматривали за ней, но главной их целью было изучение языка. А поскольку родители были увлечены наукой, Дженни чаще чувствовала себя предметом исследования или эксперимента, чем дочерью.

Это ее не волновало — она и не подозревала, что может быть иначе. Дженни и сама по этой модели строила свою жизнь, которую тоже воспринимала как эксперимент. Временами она оглядывалась назад, и способ ее существования казался ей мелким и эгоистичным, тогда Дженни впадала в панику Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница, а иногда ей казалось, что все прекрасно.

В декабре ей исполнится сорок, а она все еще одинока — никогда, по крайней мере юридически, не состояла в браке, — но, хотя Дженни засиделась в девках, она чувствовала себя полной сил и сдаваться не собиралась. У нее была интересная работа, репутация хорошего профайлера и пока еще стройная фигура; для поддержания репутации ей требовалось все больше и больше знаний, а для сохранения форм она все усерднее занималась в университетском гимнастическом зале, дабы избежать появления лишних фунтов, несмотря на любовь к хорошей еде и винам.

Так почему же она временами чувствует себя такой усталой и Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница опустошенной? Почему ее никогда не покидает чувство, будто она спешит куда-то, куда никогда не доберется? Даже сейчас, под дождем, хлещущим в ветровое стекло машины, с которым мечущиеся туда-сюда стеклоочистители не могут справиться, а спидометр показывает девяносто? Она снизила скорость до восьмидесяти, но скоро стрелка спидометра снова полезла вверх вместе с нарастающей в ее душе тревогой, что она куда-то опаздывает.

Дождь кончился. Радиостанция «Классик FM» передавала «Энигма-вариации» Элгара.[22] На горизонте четко вырисовывались силуэты ТЭЦ и стоящей рядом широкой приземистой градирней; пар, который она извергала, был почти незаметен на фоне густых низких облаков. Дженни съехала с автотрассы, ведущая Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница на восток М62 поступила так же, как и все в ее жизни, — оборвалась, бросила Дженни, не доведя до конечной точки маршрута.

Конечно, говорила она себе, в Йоркшир она вернулась потому, что бежала от плохих отношений с Рэнди. История ее жизни… У нее была отличная квартира в Западном Голливуде, которую она снимала за почти символическую плату у одного писателя, заработавшего столько денег, что он смог купить себе виллу в окрестностях Лос-Анджелеса. Она жила в нескольких шагах от супермаркета, ресторанов и клубов на бульваре Санта-Моника. Она преподавала и вела исследовательскую работу в Калифорнийском университете, и у нее был Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница Рэнди. Но у него была привычка спать с двадцатилетними симпатичными студентками-преддипломницами.

После очередной не очень бурной разборки Дженни решила, что с нее хватит, и сбежала обратно в Иствейл. Возможно, именно этим и объясняется ее вечная спешка, думала она, ей отчаянно хотелось обрести дом — безразлично где, скрыться от непростых отношений и сразу обрести другие, нормальные. Так она себе это представляла. К тому же — и это обстоятельство было важным — в Иствейле жил Алан. Если он — хотя бы отчасти — являлся причиной ее отъезда, то почему бы ему — отчасти — не быть причиной возвращения? Но думать об этом ей почему-то не хотелось.

Дорога М Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница62 влилась в А63, и вскоре впереди справа Дженни увидела размытые контуры моста Хампер-бридж, величественно нависшего над широким устьем и открывающего путь в туманы и болота Линкольншира и Малой Голландии. Вдруг несколько лучей солнца пронзили косматые облака как раз в тот момент, когда «Нимрод»[23] почти достиг кульминации. Какая красота… Она вспомнила, как в Лос-Анджелесе Рэнди обожал показывать ей красивые и памятные места, когда в первые дни знакомства они ездили, ездили и ездили по этому огромному, растянувшемуся на много миль городу: силуэт пальмы на фоне кроваво-оранжевого неба, громадная яркая полная луна над надписью «ГОЛЛИВУД». Этого Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница не увидишь нигде, только в Америке…

Дженни съехала на первую придорожную площадку и развернула карту. Облака понемногу рассеивались, пропуская солнечный свет, но дорога была почти сплошь покрыта лужами, и проходящие по ней легковые машины и грузовики ежесекундно грозили обрушить на нее потоки воды.

Родители Люси жили рядом с дорогой А164, идущей на Беверли, значит, она не должна будет ехать через центр Гулля. Она проехала через беспорядочно застроенную западную окраину и вскоре стояла перед домом, в котором жили Клайв и Хилари Ливерсидж. Ухоженный одноквартирный дом с эркером стоял в изогнутом в форме полумесяца ряду похожих домов плотно, стена к стене. Не слишком-то Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница подходит для молоденькой девушки, подумала Дженни. В детстве ее родители часто переезжали с места на место, и она, родившись в Дареме, впоследствии жила в Бате, Бристоле, Эксетере, Норидже — университетских городах, где было полно молодежи. Ей никогда не приходилось прозябать в такой скучной тихой заводи, как эта.

Дверь открыл невысокий полный мужчина с мягкими седыми усами. Он был одет в зеленую шерстяную куртку с пуговицами, ни одна из которых не была застегнута, и темно-коричневые брюки, поверх пояса свешивался объемистый живот. Ремень вряд ли бы помог удержать брюки при такой фигуре, подумала Дженни, заметив подтяжки.

— Клайв Ливерсидж?

— Проходите, милая, — ответил Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница он. — Вы, должно быть, доктор Фуллер.

— Это я, — подтвердила Дженни, следуя за ним по узкой прихожей, из которой дверь со стеклом вела в гостиную: обитый красным велюром мебельный гарнитур из трех предметов, электрокамин с углями-муляжами; стены оклеены полосатыми обоями. Почему-то Дженни представляла себе жилище, в котором росла Люси Пэйн, совершенно другим. Бэнкс говорил, что мать Люси инвалид, теперь она убедилась: бледная кожа и глаза в темных подглазьях, как у енота. Хилари Ливерсидж сидела на софе, привалившись к спинке, укрытая по пояс шерстяным одеялом. Кожа на ее тонких руках была сморщенной и дряблой, но глаза с желтоватыми белками Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница смотрели живо и внимательно. Дженни не знала, в чем причина ее нездоровья, и решила, что у нее одна из тех неопасных хронических болезней, которые некоторым людям под конец жизни доставляют настоящее удовольствие.

— Ну, как она? — спросил Клайв Ливерсидж таким тоном, словно Люси поранилась, упав с велосипеда. — Нам сказали, ничего серьезного. Она идет на поправку?

— Я видела ее сегодня утром, — ответила Дженни. — Она выздоравливает.

— Бедная девочка, — вздохнула Хилари. — Подумать только, что ей пришлось испытать. Передайте, что мы приглашаем ее побыть с нами, когда ее выпустят из больницы.

— Я приехала, чтобы узнать, какой Люси была в детстве, подростком, — начала Дженни Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница.

Супруги Ливерсидж переглянулись.

— Да… обыкновенной, — произнес после паузы Клайв.

— Нормальной, — добавила Хилари.

Ну да, подумала Дженни. Нормальные девушки каждый день только и делают, что выходят замуж за убийц. Даже если Люси не могла предотвратить преступления, с ней самой явно происходило что-то странное, необычное. Дженни ясно ощутила это во время сегодняшней короткой беседы в больнице. Ощутила настолько ясно, что могла даже описать ее состояние заумными психологическими терминами — Дженни повидала достаточно таких случаев в своей практике. Но главное было не это: Дженни поняла, что Люси со всеми ее странностями — это последний фрагмент, которого не хватало, чтобы решить головоломку Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница.

— Как она училась в школе? — задала очередной вопрос Дженни.

— Она была очень способной, — первым ответил Клайв.

— У нее по трем предметам были высшие оценки. Хорошие оценки тоже были. Только отличные и хорошие, — поддержала его Хилари.

— Она могла бы поступить в университет, — с гордостью объявил Клайв.

— Почему не поступила?

— Не захотела, — сказал Клайв. — Ей хотелось посмотреть мир, начать самостоятельную жизнь.

— Она была честолюбивой?

— Люси не была тщеславной, если вы это имели в виду, — ответила Хилари. — Разумеется, она, как все молодые люди, хотела самостоятельности, но она не думала, что для этого ей необходим университетский диплом. Мне кажется, роль диплома в жизни Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница сильно завышена, или вы так не думаете?

— Да, пожалуй, вы правы, — согласилась с ней Дженни, у которой были степени бакалавра и доктора наук. — Люси была прилежной ученицей?

— Я бы не сказала, — продолжила отвечать на ее вопросы Хилари. — Она учила все, что надо было, чтобы переходить из класса в класс, но зубрилкой не была.

— В школе ее любили?

— Она, казалось, ладила со всеми детьми. По крайней мере нам на нее не жаловались.

— Не участвовала в травлях, драках?

— Нет. Правда, одна девочка говорила, что Люси ее обижала, обвиняла Люси в том, что она с угрозами требовала денег.

— И чем все кончилось?

— Да Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница ничем. Это был просто наговор.

— Вы поверили Люси?

— Да.

— И поэтому ничего не предпринимали?

— Ну да. Раз они не смогли доказать ничего из того, в чем ее обвиняли.

— Больше никаких инцидентов не было?

— Нет.

— Чем она занималась после школы?

— Она не особенно любила спорт, но принимала участие в постановке нескольких школьных спектаклей. Это было здорово, ты помнишь, моя милая? — обратился Клайв к жене.

Хилари Ливерсидж утвердительно кивнула головой.

— У нее были сильные увлечения?

— Она натура увлекающаяся, и если уж что ей в голову вступало, то остановить ее было невозможно, но я бы все-таки не сказала, что у нее были Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница особо сильные увлечения.

— А как она вела себя дома? Как вы все уживались?

Супруги снова переглянулись. В этом не было ничего необычного, но Дженни это немного насторожило.

— Отлично. Вела она себя тихо, как мышка. Никогда никаких неприятностей, — ответил Клайв.

— А когда она уехала из дому?

— Когда ей исполнилось восемнадцать. Она нашла работу в банке, в Лидсе. Мы не препятствовали.

— Да и вряд ли получилось бы, — добавила Хилари.

— А потом вы часто виделись с ней?

Лицо Хилари помрачнело.

— Она говорила, что не может приезжать сюда так часто, как ей хочется.

— Когда вы встречались с ней в последний раз Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница?

— На Рождество, — ответил Клайв.

— На последнее Рождество?

— Нет, годом раньше.

Пат Митчелл тоже говорила, что Люси отдалилась от родителей.

— Значит, семнадцать месяцев назад?

— Да, так.

— Она звонила вам или писала?

— Писала хорошие письма, — сказала Хилари.

— Что она рассказывала вам о своей жизни?

— Рассказывала о работе и о доме. По ее словам, все было хорошо. Обычно.

— А о работе Терри в школе?

Очередной обмен взглядами был красноречивее многословного ответа.

— Нет, — отрицательно помотал головой Клайв. — Да мы и не спрашивали.

— Мы не одобряли, что она выскочила за первого парня, которого встретила, — пояснила Хилари.

— До Терри она дружила с мальчиками?

— Ни с кем не Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница было ничего серьезного.

— Так вы думаете, она могла бы выбрать кого-нибудь получше?

— Мы не говорили ей ничего плохого о Терри. Он был добрым и ласковым, у него хорошая работа, перспективная.

— Но?

— Но в действительности он оказался совсем не таким, ты согласен, Клайв?

— Да. Все было как-то очень странно.

— Что именно? — заинтересовалась Дженни.

— Он, похоже, не хотел, чтобы она виделась с нами.

— А он или она когда-нибудь говорили об этом прямо?

Хилари покачала головой, ее дряблая, обвисшая кожа заколыхалась.

— Для этого не нужны слова. Мне это было и так понятно. Нам это было понятно.

Дженни сделала Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница пометку в блокноте. Для нее то, что она сейчас услышала, было подтверждением сексуально-садистских отношений между супругами, которые она изучала в учебном центре ФБР в Квантико. Терри Пэйн начал с того, что изолировал свою партнершу от семьи. По рассказам Пат Митчелл, то же он проделал, чтобы отдалить ее от подруг.

— Что вы можете сказать о Терри?

— Временами он казался каким-то странным, но меня это не касалось, — пожала плечами Хилари.

— А что за человек Люси? Попробуйте дать ей определение, — попросила Дженни. — Например, доверчивая, наивная, самостоятельная?

— Ей не подходит ни одно, ты согласна Хилари?

— Нет, почему же, — покачала головой Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница Хилари. — Для начала скажу, что она очень даже самостоятельная. К тому же настойчивая и упрямая. Всегда сама принимает решения и действует так, как решила. Ну вот хотя бы ее отказ от учебы в университете ради этой работы. Раз она решила, то все. То же самое было с замужеством. Она объявила: любовь с первого взгляда.

— На свадьбе вы не были?

— Поездки уже не для Хилари, — ответил Клайв и, подойдя к жене, погладил ей неподвижные ноги.

— Мы послали им телеграмму и подарок, — сказала Хилари. — Красивый сервиз «Роял Далтон».

— Вы не думаете, что Люси не хватает уверенности, самоуважения?

— Смотря что вы под Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница этим понимаете. Она чувствует себя достаточно уверенной на работе, но не в отношениях с людьми. Она замыкается в обществе незнакомых людей, становится настороженной и сдержанной. Она не любит толпу, а вот гулять вместе с подружками ей нравилось. Обычное дело.

— Вы хотите сказать, что она склонна к одиночеству?

— До некоторой степени да. Она очень скрытная, никогда не распространяется о делах и не делится своими мыслями.

Дженни раздумывала, как бы поделикатнее узнать у стариков, мучила ли Люси животных, мочилась ли в постель, пыталась ли поджечь школу, но не знала, как подступиться к этой теме.

— А в детстве она тоже была скрытной?

— Этого мы не Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница знаем, — сказал Клайв, глядя на жену.

— Как это?

— Понимаете, Люси не… она нам не биологическая дочь. Хилари не может иметь детей, понимаете. У нее больное сердце. Но она всегда хотела иметь ребенка, а врачи говорили, что она может умереть при родах.

Хилари, поглаживая рукой сердце, печально посмотрела на Дженни.

— Так вы удочерили Люси?

— Люси — наш приемный ребенок. Третий и, как оказалось, последний. Она прожила с нами дольше всех, и мы привыкли считать ее своей дочерью.

— Не понимаю, почему вы не сказали об этом полиции?

— А они не спрашивали, — ответил Клайв, словно гордясь своим здравомыслием.

Дженни была потрясена. Вот Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница она, важнейшая информация, необходимая для понимания, кто такая Люси, и пока никому, кроме нее, не известная.

— Сколько лет ей было, когда она стала жить в вашей семье? — спросила Дженни.

— Двенадцать, — ответил Клайв. — Она у нас с марта девятьсот девяностого года. Я помню тот день так, словно это произошло вчера. Возможно, вы слышали об этом? Люси одна из «Олдертхорпской семерки».

Энни, вытянув ноги и откинувшись на спинку деревянного стула, удобно расположилась на нем, словно стул был изготовлен на заказ по меркам ее тела. Бэнкс всегда завидовал ее умению приспосабливаться к любой обстановке. Отхлебнув «тикстонского горького» и негромко промурлыкав что-то, она Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница улыбнулась Бэнксу.

— Ты знаешь, я сегодня целый день тебя проклинала, — сказала она. — Поминала, так сказать, твое имя всуе.

— А я-то не мог понять, чего это у меня уши горят?

— Они должны были уже полностью сгореть.

— Все ясно. Что изрек старший инспектор Чамберс?

Энни пренебрежительно отмахнулась:

— То, что ты и предсказывал. Что моя карьера поставлена на карту и в случае любого провала… Да, кстати, он меня заботливо предостерег.

— От меня?

— Да. По его мнению, ты попытаешься вытрясти из меня информацию. Он посоветовал мне играть, плотно прижимая карты к груди, которую он, между прочим, очень внимательно рассматривал, видимо выбирая Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница наиболее удобную для меня позу, чтобы ты ничего не разглядел.

— Что-нибудь еще?

— Да. Он сказал, что ты бабник и волокита. Это правда?

Бэнкс рассмеялся:

— Он действительно так сказал?

Энни утвердительно кивнула.

Паб «Куинс армс» был заполнен освободившимися после работы людьми и туристами, желающими отдохнуть и перекусить. Энни и Бэнксу повезло занять места за стоявшим у окна столиком; столешница, покрытая медным листом, была шершавой от мелких углублений. Через цветное стекло, красное и желтое, Бэнкс мог наблюдать за похожими на привидения прохожими, которые брели под зонтиками навстречу друг другу по Маркет-стрит. Дождь заливал окно, и стук капель по стеклам был Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница слышен в паузах между словами. Из музыкального автомата доносилась песня двух парней из «Сэвидж Гарден» — слышались признания и жалобы на то, что они уже любили кого-то, до того как встретили ее. Пропахший табаком воздух гудел от оживленного говора.

— Ты сама-то что думаешь о Джанет Тейлор? — спросил Бэнкс. — Я не пытаюсь совать нос в ваши дела. Мне просто хочется знать, каково твое первое впечатление.

— Так я тебе и поверила. Но должна признаться, что она мне нравится и я ей сочувствую. Она стажер, у нее маловато опыта, она впервые оказалась в таком сложном положении. И делала то, что необходимо Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница было сделать.

— Но?

— Я не допущу, чтобы мои чувства повлияли на решение. Я пока не имею полного представления, но мне кажется, Джанет Тейлор написала не всю правду в своих показаниях.

— Ты думаешь, это намеренная ложь или она просто что-то не запомнила?

— Я полагаю, мы можем истолковать наши сомнения в ее пользу. Пойми, я никогда не оказывалась в подобной ситуации, а потому не могу представить, что она чувствовала, как себя вела. Но, согласно утверждению доктора Могабе, она нанесла Пэйну семь или восемь ударов дубинкой после того, как он уже был не в состоянии действовать.

— Но он намного Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница сильнее ее. Может быть, именно это и потребовалось, чтобы его обездвижить.

Энни покачала головой. Она вытянула ноги в проход и скрестила. Бэнкс заметил тонкую золотую цепочку вокруг лодыжки — один из многих, по его мнению, атрибутов сексуальности Энни.

— Она вышла за пределы допустимой обороны, Алан. И еще одно. Я разговаривала с врачами «скорой помощи» и медиками-спасателями, которые первыми прибыли на место преступления. Один из них рассказал, что, когда он подошел к Тейлор, которая поддерживала голову Морриси, она, кивнув на Пэйна, спросила: «Он подох? Я убила эту скотину?»

— Этот вопрос может означать что угодно.

— Я тоже так думаю. Но обвинителю ничего Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница не стоит истолковать его как намерение убить Пэйна, доказать, что смысл вопроса — в том, достигла ли она своей цели. И это может быть интерпретировано как умысел.

— А можно истолковать и как невинный вопрос.

— Ты не хуже меня знаешь, что в таком деле вообще не может быть ничего невинного. Особенно сейчас, когда в каждом выпуске новостей трубят о деле Хэдли. И не забывай, что Пэйн был уже безоружным и лежал на полу, когда она нанесла ему несколько последних ударов.

— Откуда это известно?

— К этому времени констебль Тейлор сломала ему запястье, как она сама написала в показаниях, и отшвырнула мачете к стене Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница, где его впоследствии и обнаружили. Кроме того, угол и сила нанесения ударов указывают на ее превосходство в росте, которым в действительности, как мы знаем, она не обладала. Пэйн ростом шесть футов один дюйм, а констебль Тейлор всего пять футов и шесть дюймов.

Бэнкс глубоко затянулся, обдумывая, что ответить Энни. И как, черт побери, он станет докладывать об этом Хартнеллу?!

— Но ей пока ничего не грозит? — спросил он.

— Мне кажется, нет, — ответила Энни, слегка потягиваясь на стуле. — Но исключать этого нельзя. Конечно, в такой ситуации даже и у самого опытного копа могла поехать крыша. Кстати, мне надо осмотреть Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница место преступления.

— Ради бога. Хотя сомневаюсь, что там можно что-то разглядеть, после того как бригада СОКО проработала там три дня.

— Пусть так…

— Понимаю, — сказал Бэнкс. И он действительно понимал, зачем ей это надо.

Посещение места преступления — своего рода ритуальная процедура. Дело в том, что это теснее соединяло тебя с произошедшим здесь преступлением. Ты стоял там, на том самом месте, где было содеяно зло.

— Когда ты хочешь пойти?

— Завтра утром. Позже я созвонюсь с Джанет Тейлор.

— Я договорюсь с дежурным офицером, — пообещал Бэнкс. — Если хочешь, мы можем пойти туда вместе. Сейчас мне надо еще раз поговорить с Люси Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница Пэйн, пока ее не выписали.

— Они отпускают ее?

— Да вроде. Рана быстро заживает, а мест у них вечно не хватает.

Энни поразмыслила и сказала:

— Я, пожалуй, доберусь своим ходом.

— Ты хочешь ехать одна?

— Ой, только без обид, Алан. Ничего личного, просто не хочу, чтобы нас видели вместе — это повод для сплетен. Да и вообще это неэтично.

— Ты права, — согласился Бэнкс. — Послушай, если тебе удастся выкроить немного времени вечером в субботу, то, может, поужинаем и…

Уголки губ Энни приподнялись, в карих глазах зажглась насмешка.

— Поужинаем и что?..

— Ты же знаешь «что».

— Не знаю. Скажи.

Бэнкс повел глазами вокруг, желая убедиться, что их не Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница подслушивают, наклонился вперед. Но, прежде чем он успел сказать хоть слово, дверь раскрылась и в зал вошла констебль Уинсом Джекмен. Множество голов повернулось в ее сторону, некоторых удивил темный цвет ее кожи, другие просто не могли отвести от нее глаз: она была эффектна — величественная женщина с фигурой классической статуи. Уинсом сегодня дежурила, и Бэнкс с Энни предупредили ее, где их искать в случае необходимости.

— Простите, что беспокою вас, сэр, — сказала она, садясь на придвинутый к столу стул.

— Ну что вы, — успокоил ее Бэнкс. — В чем дело?

— Только что позвонила констебль Карен Ходжкинс из нашей команды… — Уинсом замолчала и Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница посмотрела на Энни. — Сообщила о Теренсе Пэйне, — неуверенно продолжила она. — Час назад он умер в больнице, не приходя в сознание.

— Вот черт! — выдохнула Энни.

— Ну что ж, это сделает жизнь более интересной, — произнес Бэнкс и потянулся за следующей сигаретой.

— Расскажи мне об «Олдертхорпской семерке», — попросил Бэнкс.

Вернувшись в тот вечер домой, он поставил свежий, только что выпущенный компанией «Граммофон» диск Дюка Эллингтона с сюитой «Черные, коричневые и беж», написанной еще в 1942 году, налил в стакан на два пальца «Лафройга», и тут позвонила Дженни. Уменьшив громкость, он потянулся за сигаретой.

— Мне кажется, — продолжал он, — я что-то слышал Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница об этом в свое время, но сейчас практически ничего не помню.

— Да я сама знаю только то, что рассказали мне Ливерсиджи, — ответила Дженни.

Дата добавления: 2015-10-21; просмотров: 4 | Нарушение авторских прав


documentaxyunxx.html
documentaxyuvif.html
documentaxyvcsn.html
documentaxyvkcv.html
documentaxyvrnd.html
Документ Бобу и Луизе с превеликой благодарностью за дружеское отношение и поддержку 13 страница