ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница

– Браво, Салина! Замечательно!

Все захлопали, Салина улыбнулась в ответ, и слезинка упала ей на грудь, оставив темное пятнышко на атласном корсаже.

– Извините, – сказала Салина. – Извините, я на минутку.

Она встала и, все еще улыбаясь, вышла с веранды на улицу. Кэти обеспокоенно вскочила, но Робин поймала дочь за руку.

– Не надо, – сказала она. – Пусть девочка немного побудет одна. Ты ее только сильнее расстроишь.

Кэти опустилась на стул рядом с Ральфом.

– Луиза, как не стыдно! – с напускным весельем крикнул Клинтон с другого конца стола. – Что ж ты так быстро позабыла о муже? У него бокал пустой!

Прошел час, а Салина не возвращалась. Ральф говорил ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница все громче и увереннее:

– Теперь, когда мистер Родс получил концессию, можно собирать отряд. Мы с Кэти завтра поедем обратно с пустыми фургонами. Видит Бог, нам нужна каждая пара колес – я уж и не надеялся, что Лобенгула заберет у меня эти ружья!

На этот раз Кэти не вслушивалась в слова мужа затаив дыхание, а то и дело поглядывала на ступеньки веранды, потом прошептала что-то матери. Робин нахмурилась и покачала головой.

– Ты говоришь так, словно для тебя важна лишь твоя личная выгода! – упрекнула Робин свежеиспеченного зятя.

– Ничего подобного, тетушка! – засмеялся Ральф и подмигнул отцу, сидевшему на другом конце стола. – Все ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница во благо империи и во славу Господа!

Кэти дождалась, пока они снова затеяли дружелюбный спор, и потихоньку ускользнула. Робин заметила дочь только тогда, когда та уже стояла на ступеньках. Помедлив, она не стала окликать Кэти: раздраженно махнула рукой и повернулась к Зуге:

– Вы с Луизой надолго задержитесь в Булавайо?

– Пока отряд не подойдет к горе Хэмпден. Мистер Родс не хочет недоразумений между отрядом и молодцами Лобенгулы.

– Луиза, пока вы живете в королевском краале, мы будем посылать вам свежие овощи и цветы, – предложил Клинтон.

– Вы и так уже столько для нас сделали! – поблагодарила Луиза и осеклась, тревожно глядя перед собой ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница.

Все торопливо повернулись, следуя за ее взглядом.

Кэти взбежала по ступенькам и привалилась к одной из побеленных колонн. Лицо девушки нездорово пожелтело, как у больного малярией, и покрылось капельками пота. В глазах стояло страдание, губы искривила гримаса ужаса.

– В церкви! – выдохнула Кэти. – Она в церкви!

Ее согнуло пополам в приступе рвоты, раздался треск рвущейся материи – густой желтый поток пропитал девственно белый подол свадебного платья.

Первой к дверям церкви подбежала Робин. Бросив один-единственный взгляд внутрь, она резко отвернулась, уткнувшись Клинтону в грудь.

– Уведи ее, – не терпящим возражений тоном приказал Зуга. – Помоги мне! – велел он Ральфу.

Венок из розовых роз ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница, упавший с головы Салины, лежал на полу нефа. Девушка перекинула недоуздок через стропило и, должно быть, залезла на стол, который Робин использовала для операций.

Руки Салины висели вдоль тела; носки туфелек были косолапо повернуты внутрь, мило и невинно, как у маленькой девочки, стоящей на цыпочках, – вот только до покрытого каменными плитами пола оставалось добрых два фута.



Зуга не удержался и посмотрел на лицо девушки: голова торчала вбок под немыслимым углом – веревка тянулась вверх от уха. Лицо распухло и пошло фиолетовыми пятнами.

В дверь потянул спасительный сквознячок, медленно повернув тело лицом к алтарю – теперь Зуга видел лишь ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница роскошные золотистые волосы длиной до пояса. Сзади девушка все еще выглядела красавицей.

Кэти Баллантайн провела счастливейшие в жизни месяцы в лагере Британской южно-африканской компании на реке Маклутси.

Она была единственной женщиной среди семисот мужчин, и все они ее обожали: называли «миссис» и приглашали на каждую вечеринку, которая устраивалась, чтобы развеять скуку длительного ожидания.

Любой другой новобрачной ее возраста суровые условия жизни в лагере казались бы невыносимыми, но Кэти жила так всегда. Построенную Ральфом глиняную хижину с травяной крышей она превратила в уютное гнездышко: повесила ситцевые занавески на окна без стекол, прикрыла земляной пол плетеными циновками, высадила у входа петунии – кавалеристы отряда ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница оспаривали друг у друга честь их поливать. Готовила Кэти на костерке под навесом кухни – уставшие от солонины и кукурузной каши офицеры старались заполучить приглашение на ужин.

Кэти расцвела от такого количества внимания и развлечений – если раньше она была просто хорошенькой девушкой, то теперь стала настоящей красавицей, что еще больше привлекало к ней мужчин. И конечно же, рядом был Ральф. Ночами она порой лежала без сна, прислушиваясь к дыханию мужа, и удивлялась, как жила без него раньше.

Ральф уже получил чин майора.

– Мы все здесь полковники и майоры, девочка моя, – подмигнул он ей и хихикнул. – Я даже подумываю, не ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница произвести ли старину Исази в капитаны!

Ему так шел расшитый позументами мундир с портупеей и широкополая шляпа, что Кэти хотелось почаще видеть мужа в форме.

С каждым днем Ральф словно становился выше, сильнее и энергичнее. Когда он уезжал, чтобы поторопить фургоны, установить гелиографы на станциях связи или встретиться с другими директорами Британской южно-африканской компании, Кэти все равно не чувствовала себя в одиночестве: каким-то непостижимым образом Ральф всегда оставался рядом, и ожидание встречи доставляло тайную радость.

Возвращался он внезапно, на полном скаку влетал в лагерь, подхватывал Кэти на руки, подбрасывая ее в воздух, точно ребенка, и ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница целовал в губы.

– Ральф, ну не на улице же! – краснела задыхающаяся Кэти. – Люди смотрят!

– Ага, и зеленеют от зависти! – соглашался он, унося жену в дом.

В присутствии Ральфа жизнь кипела ключом. Он умудрялся поспеть повсюду: проходил по лагерю широким уверенным шагом, заразительно хохотал, подбадривал подчиненных, беседовал с ними, а иногда впадал в приступы внезапной убийственной ярости.

Хотя ярость Ральфа ни разу не обращалась на жену, Кэти невольно приходила в ужас. С опасливым любопытством она смотрела, как лицо мужа темнеет от гнева, голос превращается в рев раненого буйвола. Потом в воздухе мелькали его кулаки и сапоги – и кто-то катался в ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница пыли, рухнув на землю.

От этого зрелища ее охватывали слабость, дрожь и странное возбуждение. Она торопливо убегала в хижину, задергивала шторы и ждала. Когда Ральф возвращался, его лицо все еще искажала дикая ярость – та самая, от которой Кэти бросало в дрожь, и приходилось изо всех сил сдерживаться, чтобы не броситься к мужу, а дождаться, пока он сам подойдет.

– Ей-богу, Кэти, девочка моя, – сказал он как-то молодой жене, нависая над ней – на его обнаженной груди еще поблескивали капельки пота, дышал он так тяжело, словно только что участвовал в забеге, – хоть ты и похожа на ангелочка, но кое в ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница чем до тебя самому дьяволу далеко!

Кэти молила Бога дать ей сил обуздать сладострастные порывы плоти, но молитвы выходили небрежные, не особо искренние, и уютное чувство удовлетворения не исчезало.

С Ральфом никогда не было скучно – ни днем, ни ночью, ни наедине, ни в компании. Кэти отмечала, как почтительно относились к нему окружающие, включая людей богатых, знаменитых и старше возрастом, вроде полковника Пеннифатера и доктора Линдера Старра Джеймсона, возглавлявших отряд. Впрочем, так и должно быть – ведь Ральф входит в совет директоров Британской южно-африканской компании мистера Родса, организованной на основе королевской хартии. Садясь за стол в зале заседаний компании «Де Бирс», он ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница оказывался рядом с лордами, генералами и самим мистером Родсом. Правда, Ральф с ухмылкой сказал ей как-то:

– Кэти, они все великие люди, но и у них в жару ноги воняют – не меньше, чем у меня.

– Как тебе не стыдно, Ральф Баллантайн! – отругала она мужа, однако раздулась от гордости, случайно услышав в разговоре двух кавалеристов: «Ральф Баллантайн – парень что надо, тут ничего не скажешь».

Ночью, после бурных и бесстыдных любовных утех, они разговаривали в темноте, иногда до утра. Кэти знала, что свои мечты и планы Ральф непременно воплотит в жизнь, и от этого они казались еще более ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница увлекательными.

Ее радость усиливалась приподнятым настроением семисот мужчин, напряженно ожидавших приказа к выступлению, – с каждым днем бездействие становилось все невыносимее. Грузовые фургоны Ральфа привезли две семифутовые пушки, и артиллеристы стреляли шрапнелью в пустынном вельде позади лагеря; зрители подбадривали их восторженными криками, глядя на раскрывающиеся в сухом воздухе пушистые клубы дыма от смертоносных выстрелов.

Из ящиков вытащили четыре пулемета «максим», отчистили их от заводской смазки. А в один незабываемый день в лагерь с пыхтением пришел чудовищный паровоз, тащивший за собой электрический генератор и морской прожектор, – еще одна предосторожность против ночных атак банды матабеле.

Ночью, лежа в объятиях Ральфа, Кэти задала вопрос, который интересовал ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница всех:

– Что теперь будет делать Лобенгула?

– А что он может сделать? – Ральф погладил ее по голове, точно любимого щенка. – Он подписал концессию, взял золото и ружья и пообещал моему отцу пропустить отряд в Машоналенд.

– Говорят, на том берегу Шаши ждут восемнадцать тысяч воинов Лобенгулы.

– Да пусть приходят! У нас немало желающих проучить молодцов короля Бена.

– Разве можно так говорить! – по привычке упрекнула она.

– Ей-богу, это чистая правда!

Кэти больше не ругала его за подобные поминания имени Божьего всуе: времена и нравы миссии в Ками постепенно таяли в памяти.

В начале июля тысяча восемьсот девяностого года ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница зеркало гелиографа мигнуло через пыльные, прожаренные солнцем просторы – пришел долгожданный приказ выступать. Британский министр иностранных дел наконец одобрил занятие Машоналенда представителями Британской южно-африканской компании.

Длинная, тяжело нагруженная колонна развернулась, как змея. Во главе ехал полковник Пеннифатер, одетый в форму компании; по правую руку от него – проводник Фредерик Селус, который должен был выбрать путь, лежащий как можно дальше от поселений матабеле, чтобы отряд пересек малярийные низменности до сезона дождей и вышел на плоскогорье с его чистым, здоровым воздухом.

Над головами развернулся британский флаг, горн пропел сигнал к выступлению.

– Все герои как на подбор, – с усмешкой сказал Ральф Кэти. – Ну а таким ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница, как я, придется позаботиться о наших героях!

Закатанные рукава обнажали мускулистые бицепсы, неприлично заляпанная шляпа была сдвинута набок.

– Когда я вернусь, мы разбогатеем на восемьдесят тысяч фунтов! – пообещал Ральф, стиснув жену в объятиях и приподнимая над землей.

– Ральф, мне так хочется поехать с тобой!

– Ты ведь знаешь, мистер Родс запретил женщинам и детям пересекать границу. В гостинице Лил в Кимберли тебе будет гораздо удобнее и безопаснее, Джордан за тобой присмотрит.

– Береги себя, дорогой! – попросила она, задыхаясь в крепких объятиях.

– Кэти, крошка, в этом нет необходимости: дьявол всегда заботится о своих любимцах!

– Эти люди пришли сюда не затем, чтобы ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница рыть землю. – Ганданг вышел вперед из кружка вождей. – Они одеты как солдаты; они принесли оружие, которое разбивает гранитные скалы дымом.

– Что пообещал король белым? – спросил Бабиаан. – Что Лодзи может прийти с миром, чтобы поискать золото. Почему же Лодзи послал против нас армию?

Базо заговорил от имени молодых вождей:

– О великий король, наши копья сверкают, а глаза налились кровью. У нас пятнадцать тысяч воинов – враги короля не смогут устоять!

Лобенгула посмотрел на горящее нетерпением лицо Базо.

– Иногда самый опасный враг – это торопливое сердце, – тихо ответил он.

– А иногда, Великий Слон Кумало, это медлительная рука с копьем.

От настойчивости юнца в глазах короля ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница промелькнула тень раздражения. Потом он вздохнул.

– Кто знает, где затаился враг?

– Враг перед тобой, великий король! Он перешел реку Шаши и явился, чтобы забрать у тебя твои земли! – заявил Сомабула.

Снова поднялся Ганданг.

– Лобенгула, сын Мзиликази, позволь копьям ударить, позволь молодым воинам броситься в атаку, иначе ты пожалеешь – я уверен в этом так же, как и в том, что утром взойдет солнце.

– Я не могу этого сделать, – тихо ответил Лобенгула. – Пока еще рано. Не следует использовать ассегай там, где достаточно моего слова. – Он поднялся, и его голос стал тверже. – Иди, Ганданг, брат мой, возьми с собой твоего горячего сына ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница. Иди к предводителю этих солдат и спроси, почему он пришел в мои земли готовый для битвы, а потом принеси мне его ответ.

Фредерик Селус ехал первым, за ним – кавалерист с топором. Селус указывал, какие деревья срубить, кавалерист отмечал их зарубкой. За ними попарно ехали пятьдесят всадников: один спешивался, передавал поводья товарищу и, поплевав на мозолистые ладони, принимался валить помеченное дерево.

Топор стучал – белые, как кость, щепки разлетались в стороны. Второй всадник сидел в седле с ружьем в руках, выглядывая в окружающем лесу головной убор из перьев или длинный щит с кисточками. Когда подрубленный ствол с треском падал, лесоруб садился ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница в седло и оба всадника ехали к следующему дереву, где менялись местами: первый принимался наблюдать за окрестностями, а второй махал топором. За лесорубами следовали бычьи упряжки: поваленные стволы связывали цепями и оттаскивали с дороги, по которой со скрипом ехал неповоротливый караван.

Работа продвигалась медленно. На третий день Ральф подъехал к Селусу, возглавлявшему колонну, чтобы обсудить возможность с помощью парового двигателя выкорчевывать из песчаной почвы небольшие деревья – прямо с корнями. Оставив лошадей с солдатом, Ральф и Селус прошли вперед, чтобы получше оглядеться.

– Стойте на месте, мистер Селус, – вдруг тихо сказал Ральф. – Не беритесь за пистолет и, ради Бога, не нервничайте ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница.

В лесу повсюду двигались темные тени – внезапно впереди выросла стена тех самых длинных щитов, которых все так боялись.

– Разве король убил кого-то из белых? – раздался зычный голос. – Если нет, то почему отряд воинов пересек границу?

– Лобенгула никого не убивал! – откликнулся Ральф.

– Тогда, может быть, белые позабыли здесь что-то ценное и теперь вернулись, чтобы поискать?

– Я знаю этого человека, – прошептал Ральф Селусу. – Это один из старших вождей короля. Позади него, с красным щитом в руках, стоит его сын. Под командой этих двоих восемь тысяч человек. Нам лучше вести себя поосторожнее, мистер Селус: нас окружает целая армия ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница.

– Король разрешил нам пройти! – обратился Ральф к ожидающим ответа воинам.

– Король говорит, что не звал в свои земли армию!

– Мы не армия! – возразил Ральф.

Ганданг откинул голову и горько рассмеялся.

– Послушай меня, Хеншо! Ни один белый не сделает дальше ни единого шага, пока не получит разрешения короля. Передай это твоим хозяевам.

Ральф пошептался с Селусом, потом повернулся к Гандангу.

– Мы подождем, – согласился он. – Подождем разрешения короля.

– А мы присмотрим за вами, пока вы ждете, – зловеще пообещал Ганданг. По его сигналу воины растворились в лесу, словно их никогда здесь и не было.

– Всем сторожевым отрядам вернуться в лагерь! – приказал ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница полковник Пеннифатер. – Выставить фургоны кругом. Баллантайн, будьте добры, передайте гелиографом сообщение в Тули и срочно пошлите кого-нибудь в Булавайо, чтобы выяснить истинные намерения Лобенгулы.

Ральф собрался уйти, но полковник добавил:

– Кстати, Баллантайн, запустите, пожалуйста, генератор и подготовьте прожектор для освещения лагеря сегодня вечером. Не хватало еще, чтобы на нас напали под покровом темноты!

Ганданг и Базо стояли на вершине крутого каменистого холма – одного из тех, что усеивали пышущую жаром равнину между реками.

Рядом никого не было, хотя внизу виднелся лагерь объединенных отрядов отца и сына. Костров не жгли, чтобы белые не обнаружили присутствие матабеле: сегодня горячего ужина не ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница будет и спать придется в темноте. Выстроившись в длинные шеренги, воины терпеливо сидели на корточках – словно бесчисленный пчелиный рой в тени дерева.

Базо знал, что ему достаточно поднять правую руку над щитом, чтобы воины вскочили на ноги и бросились в атаку, молчаливые и беспощадные, будто леопарды на охоте. От этой мысли его охватила кровожадная радость. Он неохотно отвернулся и тихонько встал рядом с отцом, почти касаясь его щита своим.

С реки дул легкий послеполуденный ветерок, шевеля перья на боевых уборах. Отец и сын не сводили глаз с лагеря белых.

Быков загнали в круг, образованный фургонами, между которыми виднелись орудия и пулеметы ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница, – их позиции были укреплены ящиками из-под продовольствия и боеприпасов, снятыми с повозок. Поблизости от орудий сидели орудийные расчеты. Тем не менее лагерь вовсе не был похож на бивуак действующей армии.

– В предрассветной темноте мы могли бы снять их прежде, чем они возьмутся за оружие, – пробормотал Базо. – Да они и пикнуть не успеют.

– Подождем решения короля, – ответил Ганданг и вдруг удивленно вскрикнул.

– В чем дело, отец?

Ганданг поднял ассегай, показывая на юг, на бледно-голубой горизонт, далеко за рекой Шаши, где едва виднелись фантастические силуэты холмов, похожие на башенки сказочных замков. На этих далеких холмах что-то поблескивало ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница и сверкало – крошечная искорка ослепительно яркого белого света, точно летящий светлячок или утренняя звезда.

– Звезды! – прошептал Ганданг с суеверным изумлением. – Звезды сияют на холмах!

Небольшая группа офицеров собралась возле установленного на треноге инструмента, разглядывая в подзорные трубы далекую искорку света.

Оператор гелиографа переводил сообщение вслух, одновременно записывая его в блокнот:

– Юпитер советует оставаться на месте, пока не прояснятся намерения Лобенгулы.

«Юпитер» был кодовым именем мистера Родса.

– Отлично! – Пеннифатер резким движением сложил свою подзорную трубу. – Передайте, что мы приняли сообщение.

Оператор склонился над призмой, слегка подправил фокусировку, повернув одно зеркало к солнцу, а другое – так, чтобы оно отражало пойманный луч ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница прямиком в сторону дальних холмов. Потом схватил рукоятку и защелкал диафрагмой, пропуская солнечный лучик: точки и тире азбуки Морзе полетели через пятьдесят миль безлюдной местности.

Пеннифатер подошел к огромному паровозу на высоких стальных колесах. На площадке машиниста стоял Ральф.

– Баллантайн, вы готовы включить освещение?

Ральф вынул изо рта длинную черную сигару и шутливо отдал честь.

– Давление в котле шестьдесят фунтов. Еще через полчасика у него пар из ушей пойдет.

– Прекрасно! – с умным видом кивнул Пеннифатер: в этих дьявольских железках он ничего не смыслил и относился к ним без восторга. – Главное, чтобы к наступлению темноты у нас был свет ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница!

Ганданг уселся на щит, накинув на плечи накидку из шкур обезьян. Даже внизу, на равнине, зимними вечерами холодало. Костров не жгли, на западе таял последний отблеск заката, и вождь едва различал лица сидевших напротив командиров.

– Мы видели это своими глазами – впервые в жизни.

Командиры одобрительно забормотали.

– С неба упала звезда, она лежала на холмах.

– Утром я пошлю к Лобенгуле двух самых быстрых гонцов – он должен знать об этом жутком колдовстве. – Ганданг поднялся, меховая накидка сползла с плеч. – А теперь…

Не закончив предложения, он прижался к земле, заслоняясь щитом. Воины завопили, точно испуганные дети. В их широко раскрытых глазах отражался поток света ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница, внезапно упавший с неба. Звезды померкли в сиянии огромного белого луча, который тянулся с земли до самых небес, превращая холмы в резкие черные силуэты.

– Солнце вернулось! – хрипло выдавил Ганданг, охваченный суеверным ужасом. – Это пророчество, все именно так, как было предсказано: каменные соколы улетели, звезды сверкали на холмах, а теперь солнце сияет в полночь!

Форт-Солсбери

20 сентября 1890 г.

Милая моя Кэти!

Прошло больше двух месяцев с тех пор, как я поцеловал тебя в последний раз, и, кроме всего прочего, я соскучился по твоим кулинарным шедеврам!

Как видишь, мы добрались до места назначения. Хотя один человек утонул, другой умер по пьяному ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница делу, третьего укусила мамба, а четвертого слопал лев, матабеле нас и пальцем не тронули. К удивлению всех и разочарованию многих, Лобенгула сдержал слово. Обменявшись любезностями со стариной Гандангом, который возглавлял армию из восьми тысяч громил, мы все же перешли границу. Остаток пути был довольно утомителен: пропотели насквозь и натерли мозоли!

Благодаря великому Селусу мы однажды чуть не заблудились. Хорошо, что я показал ему перевальчик, который мы с Исази обнаружили во время нашей маленькой вылазки в Зимбабве. Селус нарек его перевалом Удачи (на мой взгляд, Селусу и впрямь повезло, что я был с ними), присвоив себе честь открытия перевала (ну ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница и пусть его). Не удивлюсь, если Селус еще книжку об этом своем подвиге накатает!

До горы Хэмпден добрались шестого числа. Подумать только, отец первым побывал здесь столько лет назад!

В своей великой мудрости Пеннифатер решил, что возле холма воды маловато, и передвинул лагерь на двенадцать миль в сторону. Что поделать, он новичок, недавно из метрополии, откуда ж ему знать, что после первого дождя здесь будет настоящее болото! (Я-то к тому времени собираюсь удрать отсюда подальше!)

Видывал я на своем веку забытые Богом места, но в такой дыре еще не бывал! Львы здесь кишмя кишат: пятнадцать быков у меня сожрали ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница. Пастбища отвратительные – оставшимся быкам приходится туго. Эх, то ли дело пастбища в Матабелеленде! Еще бы, матабеле умеют выбрать лучшие земли для своих стад – неудивительно, что все здесь завидуют стадам и пастбищам Лобенгулы. Если бы только этот хитрющий старый хрен бросил копье войны и дал нам предлог, то мы бы уже подняли флаг над Булавайо, вместо того чтобы торчать в этой дыре!

Ну да ладно, по крайней мере здесь я единственный, у кого есть виски – два полных фургона. Виски идет нарасхват, по десять фунтов за бутылку. Кэти, крошка, вот вернусь – и куплю тебе самую красивую шляпку во всем Кимберли!

Когда Пеннифатер ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница поднял флаг над поселком, парни получили разрешение заняться чем угодно – и тут пошло такое веселье! Каждый ринулся забить себе участочек на золотых месторождениях, нам ведь о них все уши прожужжали. Кое-кто уже приполз обратно, поджав хвост: это вам не Эльдорадо, тут если золото и есть, то надо вкалывать, чтобы до него добраться, а мистер Родс и его Британская южно-африканская компания, конечно же, загребут половину прибыли. Разумеется, когда парни подписывали контракт, никто не возражал против доли компании, но теперь-то им это встало поперек горла.

Сегодня утром мы получили сообщение по гелиографу, что акции Британской южно-африканской ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница компании продаются в Лондоне по три фунта пятнадцать шиллингов и за первую неделю добавилось пять тысяч новых держателей акций. Что тут скажешь? Те, кто платит такие деньги, в жизни не видели Форт-Солсбери!

«Баллантайн, мальчик мой, – сказал мне Линдер Старр Джеймсон, – вам дьявольски повезло, что вы получаете половину жалованья в акциях БЮАК по одному фунту за штуку!»

«Джеймсон, – ответил я, – это очень странно, но чем больше я работаю, в том числе и головой, тем больше мне везет!»

Теперь у меня сорок тысяч акций БЮАК. Кэти, детка, я приложил письмо к Аарону Фагану, моему поверенному в Кимберли, с распоряжением продать ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница все акции до единой. Будь умницей, немедленно отнеси ему эту записку. На каждую акцию мы получим два фунта пятнадцать шиллингов прибыли – может быть, я куплю тебе две шляпки, когда вернусь.

Эх, был бы в наших руках Матабелеленд! Неудивительно, что Лобенгула не позарился на земли машона. Правда, теперь их называют по-другому – «Родезия»! Представляешь? Имечко то еще, но мистер Родс, без сомнения, польщен, а братишка Джордан наверняка рад до смерти. Я бы с удовольствием отдал им свою часть этой дурацкой Родезии! Крошка, не забудь отнести письмо мистеру Фагану, ладно?

Тем не менее и здесь пока можно немного подзаработать ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница. Я взял партнера, мы строим универсальный магазин и бар. Партнер, Том Мейкл, будет заниматься и тем и другим, а также складами для моих фургонов в Солсбери. Парень, похоже, честный и к тому же работяга, так что я положил ему жалованье пять фунтов в месяц и десять процентов от прибыли – не стоит баловать мальчишку! Как только достроим здание и заполним полки товарами, я переложу все на плечи Тома, а сам поеду к тебе.

Мистер Родс хочет, чтобы я взялся строить телеграфную линию от Кимберли до Форт-Солсбери за двадцать пять тысяч фунтов. Я прикинул, что мне останется тысяч десять прибыли. Кэти, ей-богу ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница, я куплю тебе три шляпки!

Я должен уехать до десятого октября, чтобы выбраться отсюда до начала сезона дождей. Как только пойдут дожди, в Форт-Солсбери от москитов житья не будет, а каждая речушка по дороге к Шаши разольется таким потопом, какого не видал старина Ной!

В Кимберли я рассчитываю вернуться в конце октября. Кэти, прелесть моя, хорошенько запомни, как выглядит пол, потому что после моего возвращения ты будешь видеть только потолок – неделю, не меньше, это я тебе обещаю!

Твой любящий муж

Ральф Баллантайн

(майор полиции БЮАК в отставке!).

– Мы должны заполучить Матабелеленд – вот решение проблемы! – заявил Зуга Баллантайн. Джордан вскинул ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница голову, оторвавшись от записей в стенографическом блокноте.

Отец сидел в одном из глубоких кожаных кресел возле письменного стола мистера Родса. Зеленые бархатные шторы, подвязанные желтыми шелковыми шнурами с кисточками, обрамляли окно, из которого – с верхнего этажа здания «Де Бирс» – открывался вид на широкую сухую равнину Грикваленда, усеянную деревцами верблюжьей колючки. Ближе к зданию лежали синие глыбы из шахт Кимберли: чтобы добраться до бесценных алмазов, породу следовало подержать под ослепительным солнцем.

Сейчас Джордану было не до видов из окна: слова отца потрясли его. А вот мистер Родс всего лишь прикрыл глаза и ссутулился в кресле, махнув рукой Зуге, чтобы ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница тот продолжал.

– Акции компании в Лондоне упали до шести шиллингов за штуку – против трех фунтов пятнадцати шиллингов три года назад, в тот день, когда мы подняли флаг над Форт-Солсбери.

– Да знаю, знаю, – кивнул Родс.

– Я разговаривал с теми, кто там остался. Три месяца я мотался между Форт-Викторией и Форт-Солсбери, выполняя ваши указания. Мистер Родс, никто не хочет оставаться. Они уйдут, если вы не разрешите им завершить начатое.

– Матабелеленд… – Родс поднял лохматую голову. Джордан невольно подумал, что за последние три года его кумир ужасно постарел. – Матабелеленд… – тихонько повторил он.

– Поселенцам надоело жить под угрозой постоянных набегов матабеле; они ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница убедили самих себя, что золото, которое не удалось найти в Машоналенде, лежит в землях Лобенгулы; они видели жирные стада отборных коров матабеле и сравнили их с собственными худосочными животинами, голодающими на скверных пастбищах, за пределы которых запрещено выходить…

– Продолжайте, – кивнул Родс.

– Поселенцам известно, что телеграф и железную дорогу в Машоналенд все равно придется вести через земли Лобенгулы. Люди изнемогают от малярии и боятся набегов матабеле. Если вы хотите удержать Родезию, отдайте Матабелеленд поселенцам.

– Для меня это не новость. Тем не менее нужно действовать очень осторожно, учитывая интересы империи, Гладстона и Уайтхолла. – Родс принялся расхаживать перед полками, заставленными томами ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница в кожаных переплетах с золотым тиснением. – Нам надо подготовиться. Не забывайте, Баллантайн, строго говоря, мы имеем право лишь на разработку золотых месторождений. Пока Лобенгула нас не трогает, мы не можем объявить ему войну.

– А если Лобенгула каким-либо образом помешает вашим людям или заденет их интересы?

– Вот это уже другое дело. – Родс остановился перед сидевшим в кресле Зугой. – Тогда мне придется вывести его из игры.

– А до того акции компании будут продаваться по шесть шиллингов штука, – напомнил Баллантайн.

– Надо как-то подтолкнуть события, – сказал Родс. – Незаметно направить их в нужное русло. На телеграф полагаться не стоит. Немедленно поезжайте в Форт ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница-Викторию, поговорите с Джеймсоном. – Он подошел к Джордану. – Джордан, это не для записи, – приказал Родс, и Джордан послушно убрал карандаш. – Пускай Джеймсон пошлет мне серию телеграмм по новой телеграфной линии, советуя не начинать войну. В то же время пусть он начинает подготовку к нападению. Когда все закончится, предъявим эти телеграммы британскому правительству и народу.

Родс повернулся к Джордану:

– У меня есть для тебя задание. Продай пятьдесят тысяч акций компании – по той цене, по которой возьмут: Джеймсону понадобятся деньги. Так и передайте ему, Баллантайн: я безоговорочно поддержу его, но нам нужен небольшой конфликт.

Лошадь Ральфа стояла на краю крутого склона ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница: скальная стена плоскогорья уходила вниз, в пышный лабиринт лесов и каменистых холмов. Одетые весенней листвой рощицы брахистегии, на местном наречии «мсаса», казались розовыми облаками и клубами алого дыма. В чистом прозрачном воздухе телеграфная линия была видна до самого горизонта. Хрупкие, невесомые провода поблескивали на солнце золотистой паутинкой – трудно поверить, что они тянутся, прямые как стрела, на шестьсот миль, до конечной станции железной дороги в Кимберли.


documentaxznarx.html
documentaxznicf.html
documentaxznpmn.html
documentaxznwwv.html
documentaxzoehd.html
Документ ПЕРЧАТКА БРОШЕНА. ОСКОРБЛЕННАЯ ДАМА ТРЕБУЕТ САТИСФАКЦИИ 17 страница